На Главную :: Греческая газета :: Сетевая версия

АРХИВ 2002 - 2003

26.09.18

  Дружба
Вне времени
и режимов
 

 Кала
Христугенна
И веселого
Нового года!

 Оазис
безопасности
Греция

АРХИВ
весь архив >>>  
КАРТА САЙТА
  ГЛАВНАЯ
  ПОСЛЕДНИЙ НОМЕР
  АРХИВ
  О ГРЕЦИИ
  СТАТЬИ
№5 Ноябрь 2002 года
ГРЕКИ В РОССИИ 
 
Уроки греческого вместо «Уроков музыки»

 

Она ворвалась вихрем на советскую эстраду два десятилетия назад, эта певица с непривычной для русского уха фамилией Георгиади — и ее песни «Ищу тебя» (из кинофильма «31 июня») и «Уроки музыки» стали долгоиграющими шлягерами.

Мы запомнили Ксению Георгиади ведущей популярного в восьмидесятые годы телеконкурса «С песней по жизни» и молдавскую песню «Астэ сяра», которую она спела в дуэте с певцом Ионом Суручану... Несколько лет назад Ксения неожиданно исчезла из нашего поля зрения. Возвратившись на родину, она снова начала активно работать в своем жанре. Недавно вышел ее диск «Да, я жива!», готовы несколько шуточных песен для третьего альбома — в совершенно новом для певицы стиле «шансон».

— Ксения, помнится, раньше была популярной песня Тухманова «Мой адрес — Советский Союз». Какой сейчас у тебя адрес?
— Все бывшие республики, которые отсоединились и обрели независимость, я все равно ощущаю нашими. Я как бы с ними выросла — с Таджикистаном, Узбекистаном, Эстонией и т.д. — и для меня они остались такими же родными и близкими. Я их от себя не отделила. И хотя Советского Союза сейчас нет, и сказать, что мой адрес — Советский Союз, вроде бы нельзя — где-то глубоко в душе это чувство присутствует. Хотя в любом случае, где бы на гастролях я ни была, я рвусь к себе домой, в Москву!
— Откуда у тебя греческая фамилия?
— Мои родители — коренные греки, так же как бабушки и дедушки с материнской и с отцовской стороны. Папина фамилия Георгиади, мамина — Мавриди. Так что я — чистокровная понтийская гречанка, хотя родилась в Абхазии. В 1905 году мои предки на корабле переплыли в Россию во время нападения Турции на понтийские земли. Дедушка бежал на Кавказ, где и встретил маленькую девочку-понтийку. Со временем они поженились. Та девочка — моя бабушка. Вот такая у нас история.
— Такой коктейль кровей дает взрывчатую смесь темперамента. Какой у тебя характер?
— Абсолютно точное определение — взрывной! Особенно когда я занимаюсь своей работой. Если звучит музыка и я выхожу на сцену — я уже другой человек, полностью отдавшийся этому действу. Дома же наоборот — часто возникает желание побыть одной, чтобы рядом не было вообще никого. Хочется в одиночестве «подзарядить батареи», поразмышлять наедине с собой. Я люблю готовить и умею практически делать все — и русские блюда, и греческие, и кавказские... В общем, я — домашняя кошка. Я люблю дом, и если мне необходимо уехать по делам, то уже через некоторое время меня снова тянет домой. И что еще роднит меня с кошкой — я ласковая и очень люблю ласку!
— В одной из самых первых твоих песен есть слова: «Не нужен мне начальник — а нужен друг», а в новой — на твои стихи: «Под чью-либо дудку не стану я петь и буду такая, какая я есть». А что делать, если мужчина не принимает женщину такой, какая она есть, а ставит свои условия? Подчиниться или уйти?
— Если этот мужчина мне очень дорог, то я подчинюсь. Но потом потихонечку, постепенно добьюсь того, что он сделает по-моему. Когда мужчина начальник и на работе, и дома — грош ему цена. С любимой женщиной он должен быть просто мужчиной. Вообще мужчину воспитывает женщина. Она должна быть настолько мудрой, чтобы мужчина поверил, что главный все-таки он и все принимаемые решения исходят от него. Да, он голова, но женщина — шея, которая этой головой вертит!
— Легко ли ты нашла общий язык с греческой публикой?
— Греки очень темпераментные люди. Они очень отличаются от нас, русских, тем, что у них каждый за себя, каждый старается другого «съесть», чтобы занять его место. Мне стали сильно завидовать, когда меня пригласили выступать в один из лучших клубов Афин. Конкуренты не дремали — и иголки со стеклом в обувь подсыпали, и платье концертное рвали за пять минут до выхода на сцену... Когда кто-то стал возмущаться, что я никакая не гречанка, я сказала несколько фраз на «греческом устном» — сразу поверили, что «своя»!
— Ты знаешь греческий?
— Я знала понтийский диалект. Разница примерно такая же, как между русским и украинским языками. Основа общая, а слова немного отличаются. В Греции мне пришлось усиленно учить эллинский язык, что я делала с удовольствием, с азартом, мне это было очень интересно. У меня был русско-греческий словарь. Конечно, мне казалось, что я никогда в жизни не осилю подобную грамоту, но ведь человек — это такая загадка! Я поняла: главное — захотеть! И спустя полгода я спокойно заговорила на чисто греческом. Греки этому очень удивлялись. Они вообще консервативные люди и очень любят свою музыку и свое искусство.
— Как складывались твои отношения с коллегами — артисты, как известно, личности ревнивые и амбициозные?
— Мои отношения с коллегами всегда были нормальными, потому что я обхожу любые интриги стороной. В свое время я успешно дебютировала на эстраде и с самого начала оказалась в центре внимания. А вот к Ларисе Долиной, помню, внимания было тогда почему-то маловато. И я во время одного интервью попросила журналиста присмотреться к Ларе. Он связался с ней, сделал материал, а потом перезвонил мне и сказал, что в его практике подобное случилось впервые: никогда еще одна певица не рекламировала другую. Но я считаю, что под этим солнцем есть место для всех. И пусть мой зритель любит и Долину, и Аллегрову. А вот с Соней Ротару, хотя я ее очень люблю, у меня однажды имела место стычка, но не личная, а творческая. Была такая песня — «Стара печаль моя, стара! Пора забыть тебя, пора...» Когда я, начинающая, прошла в финал конкурса «С песней по жизни», меня увидел там композитор Юрий Саульский. Он попросил редактора: «Пусть эту песню споет вон та, черненькая!» Я с радостью согласилась и записала ее. Оказалось, что в это время снимался «Голубой огонек», на котором эту же песню пела Ротару. Просто Саульский отдал «Печаль» сразу двоим — была в то время такая практика, чтобы автор получал больше денег через РАО. И вдруг в эфир первой попадаю я, а не Соня. Узнав об этом, она очень возмутилась. Саульский начал всем звонить, «перекрывать кислород» моей записи. Это было очень неприятно, но на Соню я не обижаюсь. И в финале «Песни года» все равно именно она, а не я эту «Печаль» исполнила. Ротару — это Ротару... В этой ситуации я просто отошла в сторону. У меня не бойцовский характер. Возможно, из-за этого я много теряю, но я не умею доказывать, интриговать, бороться.
— А с Аллой Пугачевой не приходилось конфликтовать?
— С Аллой мы знакомы с1981 года. Раньше я бывала у нее в гостях, мы сидели до пяти утра на кухне. Помню, она разводилась тогда с Сашей Стефановичем (режиссер фильма «Женщина, которая поет». — Ред.) и переживала далеко не лучший период своей жизни. Я ей еще советовала: мол, он — это он, а ты — это ты! Ты же Пугачева! А она грустно так отвечала: «Смелая-то я смелая, но в таких ситуациях всегда теряюсь. И помочь сама себе ни в чем не могу». Аллочка всегда была очень чутким человеком. Возможно, сейчас она просто надевает маску отчуждения, чтобы оградить себя от излишнего внимания. Я думаю, мы с ней еще обязательно встретимся!

Полный текст интервью опубликован в «Российской газете»

назад >>> 

 © 2002-2003,
 ГРЕЧЕСКАЯ
 ГАЗЕТА